«Авраам Линкольн» против аятолл. Смогут ли США сменить иранский режим военным путем

Пейзаж перед бурей

В конце 2025-го — начале 2026 года Иран пережил беспрецедентные по массовости и уровню насилия народные волнения. Начавшись под экономическими лозунгами, протесты довольно быстро перешли к требованиям демонтажа теократического режима и даже реставрации монархии, сопровождаясь нападениями на административные здания, мечети, представителей силовых структур. К середине января иранские власти сумели жестко подавить выступления: в стране несколько недель был отключен интернет, а протестующих просто расстреливали бойцы КСИР на улицах.

Расположенная в США организация Human Rights Activists News Agency (HRANA) считает, что в ходе протестов погибли 6373 человека, под арест попали 42 486 человек. Еще 17 091 смерть изучается на предмет связи с протестами. По официальным данным от правительства Ирана, погибли 3117 человек, из них 2427 — мирные жители и правоохранители, а остальные — «террористы».

Связанный с оппозиционными силами ресурс Iran International заявляет, что всего были убиты более 36 тысяч человек, причем 8–9 января 2026 года состоялось самое кровавое подавление уличных выступлений «в истории». Журнал Time со ссылкой на высокопоставленные источники в местном Министерстве здравоохранения писал о гибели за два дня — 8 и 9 января — до 30 тысяч человек.

В первых числах января 2026 года президент Дональд Трамп написал о готовности прийти на помощь в случае, если в Иране будут «убивать протестующих». Позже он опубликовал призыв продолжать протесты и захватывать административные здания, отметив, что «помощь уже в пути». После этого американский президент, согласно утечкам в СМИ, в последний момент отказался от немедленных ударов по Ирану, не получив убедительных гарантий смены режима после непродолжительной кампании, и одновременно отдал приказ существенно увеличить американское военное присутствие в регионе.

Протесты в Иране сошли на нет, но говорить, что внутренний кризис позади, пока рано. Сохраняется как негативная экономическая динамика (девальвация национальной валюты, инфляция), послужившая изначальным толчком для волнений, так и глубокий ценностный раскол между сторонниками и противниками крайне своеобразного теократического политического строя. Согласно оценке американских разведслужб, доведенной до Трампа, правящий в Иране с 1979 года режим находится в самом уязвимом положении за всё время своего существования.

Тем временем в Иране грозят «глобальным джихадом» в случае попытки американцев убить высшего руководителя Али Хаменеи и представили публике впечатляющий мурал, изображающий поврежденный и оставляющий за собой кровавый след американский авианосец (цветовая гамма и расположение отдельных элементов напоминают флаг США), с надписями на фарси и английском: «Кто посеет ветер, пожнет бурю». Союзники Ирана хуситы пошли еще дальше и опубликовали анимационный ролик с ударами по «Аврааму Линкольну».

Корабли и самолеты стягивают к Ирану

С прибытием несколько дней назад 3-й авианосной ударной группы (Carrier Strike Group 3, CSG-3) во главе с авианосцем USS Abraham Lincoln (CVN-72) в сопровождении 21-й эскадры эсминцев (Destroyer Squadron 21) класса «Арли Бёрк» USS Spruance (DDG-111), USS Michael Murphy (DDG-112) и USS Frank E. Petersen, Jr. (DDG-121) в Аравийское море перед американской администрацией открывается окно возможностей для масштабной военной операции против Ирана. Как правило, американские ударные группы сопровождает еще как минимум одна подводная лодка, вооруженная крылатыми ракетами. Ракетным вооружением располагают и эсминцы из эскорта авианосца.

Авиационная компонента CSG-3 включает 9-е авианосное крыло с многоцелевыми истребителями пятого поколения F-35C Lightning II (от 10 до 12 единиц), истребителями-бомбардировщиками F/A-18E/F Super Hornet (от 30 до 36 единиц), самолетами радиолокационной борьбы EA-18G Growler (7 единиц), самолетами дальнего радиолокационного обнаружения и управления E-2D Hawkeye (от 4 до 5 единиц), конвертопланами CMV-22B Osprey (3 единицы) и многоцелевыми вертолетами MH-60R/S Sea Hawk (от 19 до 22 единиц).

Кроме того, центральное командование США подтвердило переброску дополнительных истребителей F-15E Strike Eagle на базу в Иорданию (их общее количество там увеличилось до 37 самолетов), а также значительного количества самолетов-заправщиков и военно-транспортных самолетов — на различные базы на Ближнем Востоке и в Европе. Министерство обороны Великобритании отчиталось о переброске в Катар истребителей Typhoon. В регионе разворачиваются дополнительные средства ПВО: комплексы Patriot и THAAD, в том числе на крупнейшей американской авиабазе Аль-Удейд в Катаре.

Поскольку ОАЭ и Саудовская Аравия выступили с заявлениями, что не позволят использовать свою территорию и воздушное пространство для атак на Иран, не исключено, что для длительной воздушной кампании потребуется присутствие в зоне досягаемости территории Ирана и второй авианосной ударной группы. Из военно-морской базы Норфолк в Виргинии уже вышел еще один авианосец USS George H. W. Bush (CVN-77), но даже без него США собрали достаточно сил и средств для военной операции.

Сценарии развития событий

Судя по имеющимся данным, пока что речь может идти только о воздушной кампании, аналогичной проведенной в июне 2025 года операции «Полуночный молот» (Midnight Hammer). Сухопутная операция США и их союзников сейчас выглядит невозможной, поскольку для этого необходимо собрать группировку вторжения качественно и количественно не уступающую тем, что вели войны против Ирака в 1991-м (операция «Буря в пустыне») и 2003-м годах (операция «Свобода Ирака»). В первом случае потребовалось около полугода, чтобы развернуть в регионе более 500 тысяч только американских солдат (без учета союзников) и несколько тысяч танков, самолетов и артиллерийских систем. Во втором случае количество американских военных на театре военных действий перед началом операции довели до 340 тысяч человек. Сейчас на американских базах в районе Персидского залива насчитывается около 50 тысяч человек, причем преимущественно это военнослужащие ВВС и ВМС, а не пехотных частей.

Военный контингент требуемого размера есть у Израиля, но до сих пор страна никогда не участвовала в крупных экспедиционных операциях на значительном удалении от собственной территории, кроме того, существуют политические возражения для участия израильских военных в такого рода операции как со стороны арабских союзников США, так и внутри израильского общества.

В будущем США могли бы мобилизовать силы, сопоставимые с масштабом войны в Ираке, но пока в распоряжении Трампа имеется лишь следующий набор сценариев:

• символические удары по объектам военно-промышленного комплекса или ядерной программы,
• удары по объектам иранских силовиков, прежде всего КСИР и басиджей, ответственных за жестокое подавление протестов,
• удары по промышленным центрам, транспортной и энергетической инфраструктуре, чтобы нанести экономический ущерб правящему режиму,
• удары по высшему военно-политическому руководству, включая Али Хаменеи.

Проблема заключается в том, что ни один из сценариев не гарантирует смены режима в Иране на дружественный США. Символические удары вообще вряд ли окажут какое-либо существенное влияние на устойчивость иранской теократии. Атаки на объекты силового аппарата могут иметь больший эффект, но потребуют многодневных налетов и тщательной разведки целей с тем, чтобы нарушить управляемость и дать тем самым шанс протестам снова разгореться. Последствия ударов с намерением нанести экономический ущерб или физически устранить Хаменеи и вовсе трудно прогнозировать, поскольку в этом случае возникает слишком много сопутствующих факторов, непредсказуемо влияющих друг на друга.

Согласно некоторым утечкам, в США склоняются к точечным ударам по политическим лидерам и силовикам, ответственным за подавление протестов, но в условиях, когда выступления уже подавлены, не очень ясно, как это скажется на общей ситуации в стране. К тому же недавние исторические примеры показывают, что войны можно выиграть без сухопутного вторжения, но вот добиться таким образом изменения политического строя проблематично без сил «на земле».

Какой бы из сценариев ни выбрал Трамп, вероятность смены режима исключительно воздушной кампанией представляется сравнительно менее вероятной, в отличие от гораздо более масштабной дестабилизации всего Ближнего Востока в том случае, если Иран действительно даст жесткий и всеобъемлющий ответ и мобилизует союзников по всему региону (палестинский ХАМАС, ливанская «Хезболла», йеменские хуситы, шиитские ополчения в Ираке), что будет грозить мирному урегулированию в секторе Газа, свободе судоходства в Красном море и новой войной в Ливане.

В то же время наиболее реалистичный сценарий ослабления власти аятолл связан с демонтажом всей иранской государственности. Собственно иранцы составляют менее 50% от общего населения и сосредоточены в центральной части страны, в то время как этнические меньшинства (азербайджанцы, курды, арабы, белуджи и туркмены) преимущественно компактно проживают на периферии. Поддержка вооруженного сопротивления под лозунгами национального самоопределения (в частности среди иранских курдов и белуджей, уже ведущих борьбу с центральным правительством), вероятно, была бы более эффективной, но вместе с тем и гораздо более рискованной для стран-соседей и перспектив светской прозападной демократии в самом Иране.

Как бы то ни было, для начала операции американцам и их союзникам (прежде всего Израилю) потребуется еще как минимум несколько дней подготовки и оперативного развертывания. Израильская служба гражданской авиации предупредила иностранные авиакомпании, что «чувствительный» для воздушного сообщения период может начаться 31 января или 1 февраля.

Пока же Трамп заявляет, что Иран должен «заключить сделку». Не исключено, что присутствие в регионе столь значительных сил действительно позволит добиться прогресса на переговорах. Но пока фигурирующие в СМИ условия «сделки» (отказ от ядерной и ракетной программ, а также от поддержки прокси-формирований во всем регионе) выглядят совершенно неприемлемыми для иранского руководства. Как пишет The Wall Street Journal, первые два из трех выдвинутых условий уже отвергнуты.